Эксклюзивное интервью Председателя правления компании JKX Oil&Gas Михаила Бакуненко агентству "Интерфакс-Украина"
Текст: Дмитрий Кошевой
О британской JKX Oil&Gas и связях с Игорем Коломойским
– Недавно прошла новость о национализации россией активов JKX Oil&Gas. Остается ли у компании какая-либо бизнес-деятельность в этой стране?
– Мы планировали продать российские активы еще в 2021 году. В феврале 2022 года должна была быть завершена сделка по их продаже, но из-за начала полномасштабного вторжения потенциальный покупатель вышел из сделки в одностороннем порядке. Также начали действовать санкции США, ЕС, Великобритании и Украины, которых мы придерживались. Совет директоров принял решение прекратить деятельность по управлению и контролю за этими активами и продолжить поиски другого покупателя.
Но даже это мы не успели сделать: в 2023 году нас лишили каких-либо прав как инвестора, а в начале марта этого года Кошехабльский райсуд Адыгеи назвал нашу компанию "экстремистами", национализировал все активы и запретил деятельность компании JKX Oil&Gas.
Главными основаниями принятия решения суд указал неоднократные, начиная с 24 февраля 2022 года, публичные заявления материнской компании JKX Oil&Gas о прекращении деятельности на территории рф и соблюдении всех санкционных ограничений. Но такое отчуждение частной собственности стало для нас неожиданной новостью.
– Какие планы компании по защите права собственности на активы в россии?
– Сейчас наши юристы изучают ситуацию и нарабатывают позицию для дальнейших действий. Компания будет использовать все международно-правовые механизмы, чтобы взыскать с российского государства полное возмещение вложенных инвестиций, а также понесенные убытки.
– В ноябре 2023 года JKX Oil&Gas сообщила, что ее крупнейший акционер – компания Eclairs Group Limited, которой принадлежало 32,66%, будет исключена из реестра акционеров, а связанный с ней Игорь Коломойский – исключен из реестра PSC (лиц с преимущественным правом контроля в организации – ИФ-У). Произошли ли эти события?
– Компания Eclairs Group Limited (EGL) действительно была одним из крупнейших акционеров JKX Oil&Gas и владела 32,66% акций. Но с 1 ноября 2022 года EGL исключена из Реестра компаний Британских Виргинских островов (БВО) и ликвидирована 4 июля 2023 года. Согласно положениям закона о компаниях БВО, имущество компании, исключенной из Реестра, переходит в собственность Британской Короны, что сейчас и произошло.
– JKX Oil&Gas заявляет об отсутствии связи с Коломойским, в то же время вы имеете опыт работы в «Укрнафте», которая длительное время была под его опосредованным контролем. В СМИ вас называли "человеком Коломойского". Как бы вы могли это объяснить и насколько это соответствует действительности?
– Я лично знаком с Игорем Валерьевичем и действительно работал в борде компаний, в которых он был одним из акционеров. Думаю, здесь нужно понимать процесс назначения на такие должности. В "Укрнафте" контрольный пакет принадлежал государству, но в структуре собственности были также крупные миноритарные акционеры и множество мелких. Моя кандидатура согласовывалась как мажоритарным акционером, так и представителями крупных миноритариев. Например, я проходил собеседование с министром энергетики и с главой НАК "Нафтогаз". В УНБ Игорь Валерьевич был одним из акционеров с миноритарным пакетом, а мою кандидатуру на должность согласовывали все акционеры.
Кстати, в компанию JKX Oil&Gas, в которой я сейчас являюсь Председателем правления, мою кандидатуру предложил один из тогдашних акционеров группы JKX Oil&Gas – Proxima Capital, которые высоко оценили мой опыт и понимание украинского нефтегазового рынка, а также успешное управление УНБ.
Поэтому мои отношения с Игорем Валерьевичем не такие тесные, как приписывают.
– Ранее JKX Oil&Gas пыталась работать на рынке Венгрии, но летом 2021 года заявила о намерении продать этот бизнес за $3 млн. Была ли завершена эта сделка?
– С венгерскими активами произошла очень интересная история. Предыдущий председатель Совета директоров презентовал их как не имеющие потенциал и предлагал продать. Компания получила несколько предложений, но каждый раз сделки срывались на разных этапах. С началом полномасштабного вторжения мы решили рискнуть и более детально рассмотреть возможности Венгрии.
За год специалисты осуществили новую 3D-сейсморазведку с привлечением высококвалифицированных экспертов и современных процессов проектирования. После обработки и интерпретации данных было проведено геологическое моделирование и определены цели для бурения. Уже идет подготовка к бурению двух газовых скважин – бурение первой запланировано на апрель текущего года, а второй на другом месторождении – на июнь 2024 года.
На начало 2025 года запланировано бурение скважины на нефтяном активе. Если разведочные данные скважины будут результативными, то компания продолжит реализацию инвестиционных проектов, где в целом может быть более десяти скважин. Тогда Венгрия станет приоритетным рынком.
Кроме того, у нас есть действующий газоперерабатывающий завод, способный перерабатывать 500 тыс. куб.м/сутки газа, а также собственный соединительный трубопровод с региональной газовой сетью и достаточно квалифицированная техническая команда. Дальнейшей целью JKX Oil&Gas является создание энергетической компании среднего размера в Центральной и Восточной Европе.
Также после анализа данных оказалось, что активы в Венгрии содержат основные предпосылки для развития геотермальной энергетики: температуры выше 170°C и благоприятное геологическое строение. Мы уже ведем переговоры с потенциальными партнерами для развития этого направления.
Об активах JKX Oil&Gas в Украине
– Каковы финансовые и операционные результаты работы ПГНК за 2023 год и планы компании на текущий год?
– Финансовые и производственные показатели компания не разглашает. В результате стагнации промышленности и продолжающегося запрета на экспорт газа цены на газ в течение года уменьшились на 40%. Это вынудило ПГНК отходить от логики бизнеса обычной добывающей компании природных ресурсов. Руководство внедрило новые услуги для клиентов, например, подготовку газа или обслуживание скважин для сторонних компаний. Это и помогло ПГНК выстоять, сохранить ключевую команду специалистов и удерживать уровень. И даже повысить заработную плату.
Обязательно должен сказать, что очень негативно повлиял запрет на экспорт газа. Он де-факто перекроил весь нефтегазовый рынок Украины. Понятно, что с началом полномасштабного вторжения государственная власть вынуждена была быстро искать пути, пусть и непопулярные, как обеспечить многомиллионное население страны достаточным количеством энергоносителей. Кстати, запрет касался не только природного газа.
Нулевая квота на экспорт была установлена для различных видов топлива из древесины, а также каменного угля. Благодаря достаточному количеству энергоносителей внутри страны, оттоку населения, а также из-за снижения потребления в промышленности, Украина впервые прошла отопительный сезон 2023-2024 гг. без импортного ресурса. За 2023 год, вопреки обстрелам и разрушениям инфраструктуры, Украина смогла несколько нарастить добычу газа.
Но сейчас в таких методах нет ни необходимости, ни экономической целесообразности, потому что после введения в действие запрета экспорта рынок природного газа превратился в закрытую систему, в результате чего на рынке оперирует государственный трейдер – НАК "Нафтогаз Украины" с неограниченными финансовыми и техническими возможностями. По сути, НАК ликвидировал понятие рынка природного газа в Украине, превратив его в рынок "единого продавца" и "единого покупателя" в одном лице.
Начиная с лета 2023 года, в условиях профицита внутренней добычи газа, цена на него формировалась не по принципу спроса и предложения, а формировалась НАКом с постепенным снижением. В то же время в компаниях не понимали, продает ли НАК газ дальше или предоставляет населению Украины согласно заявкам.
Также для национальных добывающих компаний цены закупки от того же НАКа предлагались на 5-7% ниже рыночных.
Рынок нуждается в прозрачных правилах. Сейчас положение "Нафтогаза" – это рычаг нерыночного влияния на частные газодобывающие компании. Украина должна вернуться на газовый рынок ЕС как полноправный партнер. Экономическая целесообразность продления запрета на экспорт весьма сомнительна, а иногда и разрушительна. Ресурсов для обеспечения внутренних потребностей государства более чем достаточно. Украина спокойно прошла этот отопительный сезон, поэтому частным компаниям нужно дать возможность работать по рыночным условиям, разрешив экспорт, для начала хотя бы частично. Европейское Energy Community уже официально призывает Украину отменить этот запрет и отмечает, что это реалистичный шаг к улучшению экономической ситуации в нашей стране. Я с ними полностью согласен.
– Ожидаете ли вы повышения спроса на нефть и газ в стране в 2024 году?
– Сейчас для этого нет предпосылок. По подсчетам U.S. Energy Information Administration, прогнозируемо с 2022 до 2050 года спрос на газ во всем мире повысится на 0,9% в целом. Наибольший рост ожидается в Индии. А в Японии или США, наоборот, даже снизится.
Прогнозирование относительно Украины также предусматривает такие сценарии развития событий, что наша энергетическая отрасль может оправиться от разрушений войны не ранее 2030 года. Сейчас эти прогнозы учитывают состояние Запорожской и Каховской ГЭС. Но пока что не учитывают потери от обстрела Днепровской ГЭС. И это мы еще не знаем, какими могут быть следующие удары врага. Поэтому я не вижу никаких оснований для увеличения спроса на нефть и газ в Украине.
– Еще одним активом JKX в Украине является 10% акций "Укрнефтебурения" (УНБ). Запрет УНБ на пользование недрами ее главного Сахалинского месторождения и предшествовавший этому арест акций самой УНБ были одними из самых резонансных событий на украинском рынке в прошлом году. Вы возглавляли УНБ, а теперь JKX. Как оцениваете возможности пересмотра этих решений и восстановления стоимости актива?
– До момента безосновательного ареста корпоративных прав УНБ и передачи компании в управление "Укрнафте" все спецразрешения компании действовали. Я могу нести ответственность только за то, что происходило во время моего непосредственного руководства компанией как СЕО. С 2015 года УНБ уверенно удерживала лидерские позиции: была второй по величине частной нефтегазодобывающей компанией в Украине и одним из крупнейших налогоплательщиков. В 2010-2022 годах мы инвестировали в Сахалинское месторождение более 6 млрд грн и уплатили в бюджет 24 млрд грн налогов и сборов. А все судебные иски неоднократно выносили решения в нашу пользу в спорных вопросах. Добыча никогда не останавливалась. А то, что происходило с середины 2023 года, выходит за рамки моего понимания верховенства права.
Очевидно, что менеджмент и персонал УНБ, назначенный "Укрнафтой", не имеет опыта и квалификации, чтобы решить проблему самостоятельно. К тому же новое руководство «Укрнефтебурения» уволило всех юристов компании, которые в совершенстве знают ситуацию. А привлеченный юридический советник, наверное, заинтересован именно в продолжении длительного и высокооплачиваемого сотрудничества, а не в быстрых судебных процессах в пользу клиента. Но учитывая то, что аннулировал спецразрешение именно суд, окончательную точку в этом вопросе также может поставить исключительно суд.
Что касается безосновательности ареста акций, как известно, Печерский суд Киева вопреки уголовно-процессуальному законодательству и по абсолютно идентичному представлению от ГБР дважды наложил арест на корпоративные права УНБ и передал их в управление АРМА. Первый арест произошел 7 апреля 2023 года, а передача в управление – 11 апреля 2023 года, повторный арест и передача в управление – 4 мая того же года. Акционеры и менеджмент впервые узнали о решении суда только через 10 дней после первого ареста от представителей СМИ. Передача права собственности на частный актив, вопреки условиям решения Печерского суда о повторном аресте и передаче в управление, проходила по так называемой упрощенной процедуре, которую применяют "если есть риск сбоя или прерывания поставок природного газа". Но это не соответствовало действительности, потому что такого риска на самом деле не было.
До перехода УНБ к государственной "Укрнафте" в июле 2023 года компания работала непрерывно, накопила 1,2 млрд грн денежных средств (с учетом заключенных договоров) и 74,6 млн кубометров газа для прохождения осенне-зимнего периода. За время войны мы построили и подготовили к вводу в эксплуатацию дожимную компрессорную станцию и пробурили новую скважину №88. На момент смены менеджмента УНБ даже были предоплачены налоги на сумму 1,5 млрд грн, в том числе 0,7 млрд грн рентной платы и 0,2 млрд грн налога на прибыль. В 2023 году по нашему плану добыча должна была вырасти на 30% по сравнению с 2022 годом. О каком риске прерывания поставок газа шла речь? Никакого риска не было. Пока его фактически не сделали реальностью, но уже другие люди.
– Но "Укрнафта" сейчас отчитывается об увеличении добычи УНБ за прошлый год.
– Пункт первый и сейчас самый важный: компания потеряла лицензию на добычу и с 1 декабря 2023 года фактически не функционирует, добыча углеводородов – ноль. А до этого только за три месяца внешнего управления среднесуточный дебит газа снизился с 1550 до 1300 тысяч куб. м. Пункт второй: проект дожимной компрессорной станции, о котором также почему-то отчитывается новое руководство, внедрила, инвестировала и почти на 100% реализовала предыдущая команда.
После назначения нового руководства реальные результаты работы предприятия следующие: ежемесячные потери собственной добычи газа – 42 млн кубометров, нефти – 5 тыс. тонн; ежемесячные потери государственного бюджета – 0,35 млрд грн (то есть недополученные налоги на потерянной добыче). Кроме того, на пике рынка не было реализовано 243,7 млн кубометров газа, что привело к недополучению 365 млн грн доходов от разницы цен и неуплате в бюджет 267 млн грн рентной платы (без учета авансового платежа в размере 555 млн грн) и 572 млн грн НДС (в текущих ценах).
Полная остановка добычи с технической точки зрения негативно влияет на состояние скважин. Возобновить предыдущий уровень добычи будет как минимум очень сложно, если вообще возможно.
– Вернусь к вопросу: планируют ли акционеры УНБ каким-то образом изменить ситуацию?
– Это вопрос ко всем акционерам, не только к JKX. Позиции акционеров однозначны: арест корпоративных прав УНБ, дальнейшая передача компании в управление и непосредственно текущее управление являются незаконными. Такие действия вокруг УНБ временные и существуют только в условиях войны и ситуации, в которой оказалась Украина.
Акционеры используют весь доступный правовой инструментарий для защиты своих прав на управление УНБ. Но они не питают надежд на успех в защите своих интересов именно в Украине, однако должны пройти этот путь до конца, прежде чем подавать иски в международные инстанции. Юристы разрабатывают позицию для дальнейших действий путем использования различных международно-правовых механизмов защиты инвестиций.
Возможно, скептикам такой подход может показаться корыстным, однако именно такой подход свидетельствует о вере в победу Украины и ее процветание, в том числе экономическое, после окончания войны.
– Предлагали ли вам остаться в УНБ после национализации?
– Да. Но я отказался, ведь управление бизнесом требует полноценного вовлечения, а не ежедневную беготню по различным кабинетам представителей власти.
Что касается директора "Укрнафты" Сергея Корецкого, то кофе в его личном бизнесе вкусный (улыбается). Беговые марафоны даются ему прекрасно. Он – амбициозный профессионал. Но хотел ли я быть на его месте – не думаю. О результатах его руководства УНБ пока судить рано.
– Как оцениваете риски попадания в подобную ситуацию ПГНК?
– Прошлогодняя практика показала, что ожидать можно чего угодно. Система дала сбой. Как оказалось, можно игнорировать законодательство, делать "упрощенные" процедуры отчуждения частных активов и останавливать прибыльные компании. Объективных оснований для таких действий в отношении ПГНК нет. ПГНК эффективно функционирует, за 2023 год уплатила 1,4 млрд грн налогов в бюджеты всех уровней. А с начала полномасштабного вторжения перечислила на нужды ВСУ более 200 млн грн. На постоянной основе закупает необходимую одежду и оснащение по отдельным военным запросам.
С другой стороны, в последнее время мы видим, что давление на бизнес со стороны госорганов увеличивается. Об этом свидетельствуют и недавние громкие аресты, и то, что бизнес начал громко отстаивать свои права. Поэтому мы готовы к различным сценариям развития событий.
О личном бизнесе и ВСУ
– Есть ли у вас в Украине другие активы, кроме связанных с JKX Oil&Gas?
– С Украиной меня связывает не только бизнес. Я родился в Одессе. Образование получил в США, но до полномасштабного вторжения мы с женой и тремя детьми жили в Киеве и не планировали это менять. Здесь друзья, бизнес-партнеры, вся моя жизнь. Поэтому я лично заинтересован, чтобы Украина как можно быстрее победила. Моя семья и аффилированный с нами бизнес на постоянной основе помогаем нуждам ВСУ: закупаем необходимую одежду, оснащение для военных и многое другое – всего на более чем 211 млн грн с февраля 2022 года. Считаю, что сейчас необходимо на постоянной основе поддерживать украинскую армию. Если этого не делать, то перспективы нашей страны могут стать сомнительными.
Также регулярно занимаюсь благотворительностью независимо от уровня дохода. Еще до войны помогал и продолжаю помогать различным детским домам, поддерживал инициативы Фонда "Таблеточки" и многое другое.
Что касается других активов – да, я осуществляю инвестиционную деятельность и на территории Украины, и за ее пределами. Но нужно понимать, что инвестиции – это всегда риск. И нужно уметь не только выбрать перспективный проект, но и вовремя выйти из него, чтобы получить прибыль, а не только "опыт". Я диверсифицирую риски, в том числе разнообразием рынков и стран.
Первые инвестиционные проекты были в 2009 году – вместе с партнерами мы начали бизнес по розливу и дистрибуции премиальных крепких напитков под брендами Staritsky&Levitsky и DISTIL N9. Сейчас эти бренды достаточно широко представлены в сетях известных супермаркетов в премиум-сегменте как в Украине, так и за ее пределами. В 2022 году я вышел из проекта и сконцентрировал внимание на другом направлении – торговля сырьевыми товарами (нерафинированное подсолнечное масло и кукуруза).
Также интересуюсь объектами портовой инфраструктуры. Поэтому с 2023 года вместе с другими партнерами занимаюсь развитием комплекса перевалки зерновых грузов в одном из портов Украины. Наша цель – достичь ежемесячного объема перевалки в 200 тысяч тонн в течение маркетингового сезона.
Среди иностранных инвестиционных проектов, в которых я имею миноритарную долю, можно отметить компанию Notarize – онлайн-платформа нотариальных услуг в США, Facily – стартап в сфере социальной коммерции, один из крупнейших в Латинской Америке, CityMall – онлайн-магазин необходимых вещей в Индии, который быстро становится популярным.
