Об игре, как насилии над детьми, о правиле "стоп-игра". О том, когда нам нужно остановиться (в любых ситуациях).
После того, как, слыша о какой-то ситуации, иногда говорю: "Господи, какие же идиоты", – начинаю думать, что можно с этим делать… Буду писать. Практично и подробно. Несколько запросов подряд. О поведении взрослых, которые, надеюсь, искренне хотят дать самое лучшее своим детям.
Ситуация первая, которую я наблюдала сама. Торговый центр. В коридоре огромные фигуры динозавров, рычащих и двигающихся. Рядом играют и фотографируются взрослые и дети. Кто-то подходит ближе, кого-то останавливают охранники – чтобы к фигуре не прикасались, кто-то тянет родителей подальше.
Мама держит на руках ребенка лет полутора: "Пойдем смотреть на динозавра". Ребенок машет головой – нет! Мама настаивает: "Смотри, какой он большой и интересный". Динозавр начинает рычать. Мама: "Ой, как интересно, он как живой". Подносит ребенка ближе. Динозавр рычит, открывает пасть. У ребенка начинается истерика. Мама смеется: "Ну что ты, он же не нестоящий". И подносит ребенка еще ближе, прямо под голову фигуры. У того дрожат ручки и подбородок. Он уже не плачет. Глаза широко раскрыты. Я мысленно ору ей: "У него шок, прекрати немедленно". Мама все же очнулась и отошла от динозавра. Я очень надеюсь, что у мамы на руках ребенок успокоится и восстановится.
Читайте также: Как вырастить ребенка психически здоровым и успешным – блог психолога
Ситуация вторая. В садике воспитатели играли с детьми в полицейских. Зачем-то бегали за детьми, ловили их и арестовывали. Ребенок трех лет, до этого болтающий и рассказывающий сказки, стал заикаться. Только через неделю удалось выяснить, что это произошло сразу после той "игры". Ребенок тогда в садике кричал от ужаса. Но воспитателей это не остановило.
Таких ситуаций – разной степени сложности – очень много. И вопрос тут в нашей внимательности и в нашей готовности распознавать сигналы "стоп".
О чем нам нужно задумываться:
– Неслучайно фильмы, мультфильмы, книги, игры имеют маркировку – определение возраста аудитории. Так выверяется не просто актуальность темы, а и безопасность "продукта" для конкретного возраста, буквально – "переносимость" продукта.
– При общих рекомендациях есть всегда индивидуальная переносимость или непереносимость. Есть своя возможность выдерживания напряжения для ребенка. Причем выдерживания как "радости", так и "страха". И тут важна наша внимательность и чуткость. Даже в работе со взрослыми студентами я сама предельно внимательна к реакциям и буквально титрую свои шаги в играх и воздействии. Призывая студентов смело говорить, если я сама не уловлю: стоп, я туда сейчас не готов идти. Мы пойдем, но более мелкими шагами и в другом темпе.
– В новом игровом опыте, в разговорах на сложные темы для детей любого возраста – правило: после каждого маленького воздействия – говорим предложение, читаем пару строк, начинаем игру, приближаемся к новому объекту – мы приостанавливаемся и наблюдаем, есть ли интерес. При нашей паузе ребенок может сам попросить идти дальше, может молча смотреть на нас, и по взгляду мы понимаем, что он ждет продолжения, может задавать вопросы… а может хвататься за нашу руку или вжиматься в нас, замирать, закрывать глаза рукой, переключиться на другую тему, может сказать, что не хочет больше, что ему страшно, может отворачиваться, а может начать визжать. Визг в игре – даже радостный – говорит о перевозбуждении. И это сигнал к нашей бОльшей внимательности. Если предохранитель "сгорел", нервная система может дать сбой. И значит нам нужно остановиться. Запомнить, отметить для себя, в каком именно месте возникло напряжение, завершить предложение или тему, но очень легко, бегло. И потом подумать – почему для ребенка именно этот опыт был напряженным. Возможно, просто он был не по возрасту. Возможно, это то, о чем важно было бы проконсультироваться с психологом, поговорить с воспитателем детского сада. А возможно, ребенок сам об этом рисует или будет рисовать или играть. И в игре мы сможем завершить тему.
– Мы, взрослые, обеспечиваем безопасность ребенку. От нас он ожидает опыта устойчивости и защищенности. Если мы становимся источником страха, это выбивает опору.
– Для маленьких детей нет разницы между миром реальным и миром игры, мультфильма. То, что для нас очевидно, совершенно не осознаваемо ими.
– Люди, игрушки, объекты, намного первосходящие по размеру ребенка, могут быть по определению небезопасны.
– Когда мы приглашаем к какому-то опыту ребенка, важно себе задавать вопрос: это я делаю для себя или для него? Это мне интересно, важно? Или я все же забочусь о ребенке? Иногда мы так захвачены действием, что сами превращаемся в ребенка, забывая о том, что у нас все же жизненного опыта и устойчивости в разы больше.
О ситуации с игрой в садике. Родители и полицейские – люди, обеспечивающие безопасность. Эти "роли" не должны быть источниками страха. Сама тема игры – меня ловят, как преступника, вообще странна (можно же поиграть в кошки-мышки, в сову и мышат?). Если это знакомство с профессиями, то для роли полицейских можно выбрать другие темы, не назначая детей преступниками. В конкретном случае ребенок показывал, что ему страшно. Девочка кричала. Отказалась играть. И нам важно быть очень внимательными к таким сигналам. Потому что это уже совсем не игра.
И я мечтаю, чтобы у всех, кто имеет доступ к детям, были знания о возрастной психологии, как минимум. Ну и вмонтирован мозг, насколько получится. Извините.
Если была ситуация, оказавшаяся для ребенка сложной:
1. Важны наши слова: "Я с тобой. Ты в безопасности". Фокусируем внимание на том, что прямо сейчас ребенку ничего не угрожает.
2. Делаем халабуды, схованки, рисуем фантастические миры, которые сам ребенок предложит создать.
3. С малышами, например, можно посмотреть мультсериал Герои в масках – размышляя о его собственной "суперсиле": "А ты бы был каким героем? А какая у тебя суперсила? А как бы ты защитился, позаботился?", – и так далее.
4. Важно обратиться к специалисту. Важно, чтобы психолог помог "завершить опыт". Буквально – с ребенком вместе "убегут" от опасности, или дадут отпор, или заорут страшным голосом, или зарычат на обидчика. Возможно, "освободятся" из ловушки (платка или корзинки). Но психолог сделает это с ребенком корректно – в игре, в рисовании, в сказке.
5. Ребенок пытается "исцелиться" через игры, рисунки – пожалуйста, наблюдайте за тем, что он рисует, во что играет. Возможно, вы сможете подключиться к игре и стать его защитником, или "включить" его собственную силу, "суперспособность".
Читайте также: Ложь во благо? Несколько рекомендаций психолога о честности в отношениях
6. Если ребенок сам начинает пересказывать родителям то, что произошло, мы спокойно слушаем, даем ребенку рассказать. Возможно, говорим затем: "Это действительно страшно (неприятно, больно), а давай сейчас оттолкнем его/ее – толкни мою руку или подушку так, как хотел бы", – или: "Давай издадим рык львенка Симбы, чтобы испугать?", – или: "Можно я тебя обниму? Мне так жаль, что меня не было рядом, чтобы их остановить. Но сейчас я с тобой. Хочешь, мы пойдем вместе в садик и я попрошу этих воспитателей попросить у тебя прощения? Они вели себя очень неправильно и больше так никогда делать не будут".
7. Важно вернуть ребенку контакт с телом – например, по утрам, когда мы будим ребенка, можно здороваться со всеми его частями тела, прикасаясь к ним: "Доброе утро, головка, доброе утро, щечки, доброе утро, плечики", – и так проходим по всему телу, включая попу, пяточки, ноготочки.
8. Очень полезно делать любые дыхательные упражнения, где выдох был бы длиннее вдоха. В детском варианте – выдувать мыльные пузыри, задувать свечки, гудеть.
Мы не сможем защитить ребенка от сложностей жизни. Да и не нужно. Нам важно читать ребенку сказки, где есть отрицательные герои. Нам важно играть и давать ребенку опыт и выигрыша, и поражения. Нам важно показать ребенку, что иногда он будет слышать слово "нет". Но очень важно, чтобы в любом сложном опыте мы были его устойчивой безопасной опорой. И чтобы его "Стоп-игра!" было услышано и он рос с ощущением уважения к его границам. Да и вообще опытом уважения и безопасности.
Добрых взрослений.
Підписуйся на сторінки UAINFO у Facebook, Twitter і YouTube
