Премьер Италии Джорджа Мелони дала редкое интервью накануне того, как станет главой правительства с самым долгим непрерывным сроком в истории Итальянской Республики. Главное признание: с президентом США Дональдом Трампом они не разговаривают уже несколько недель.
Как передает "Хвиля", об этом пишет The New York Times.
Разговор прошел на итальянском в комнате рядом с римским кабинетом Мелони. Интервью взял руководитель парижского бюро издания Роджер Коэн.
В июне Трамп заявил, что Мелони "выпрашивала" совместное фото с ним на саммите G7 во Франции. Итальянка стала первой из европейских лидеров, кто тогда жестко ответил американскому президенту. "Италия и я никогда не выпрашиваем", – отрезала она.
"Очевидно, что с Дональдом Трампом я считала, что будет проще, учитывая совпадение наших взглядов на иммиграцию и вок-культуру. Вышло иначе", – сказала Мелони.
По ее словам, лидеры не общались уже несколько недель. На вопрос, поговорят ли они после летнего перерыва, премьер замялась. "Ну, посмотрим", – ответила она.
Жалеть она ни о чем не собирается. "Я по-прежнему считаю, что единство Запада – очень важная вещь. Я не выстраиваю итальянскую стратегию на основе своих личных отношений", – сказала Мелони.
Свою главную цель она формулирует как перемену в самоощущении страны. "Мне не нравится идея покорной Италии, Италии, которая видит себя меньше других", – объяснила премьер. Она хочет совершить "самую большую революцию, которая может произойти в этой нации, – революцию гордости".
Мелони пришла в постфашистский правый лагерь в 15 лет, когда у него не было никаких шансов на власть. Свой характер она описывает просто. "Мне не нравится, когда другие указывают мне, где мои пределы. "Нет" – одна из тех вещей, которые мобилизуют меня сильнее всего", – призналась она.
"Думаю, сюда меня привела смелость стоять на неудобной стороне истории. Выбрать движение против течения", – сказала Мелони. Слово "смелость" – ее любимое с большим отрывом.
Над собственной карьерой она тоже иронизирует. "Мне надо было идти в театр. Представьте, насколько больше я бы веселилась! Не знаю, как я здесь оказалась, но оказалась", – сказала премьер.
Как пишет Коэн, в политический лексикон уже вошел термин "мелонизация" – притупление чувствительности к чудовищной истории. Так описывают процесс, который Мелони собой олицетворяет: постфашистская партия сбрасывает угрозу насильственного авторитаризма и получает признание мейнстрима. Этот эффект вот-вот проверят на прочность в ядре послевоенной европейской интеграции: у Марин Ле Пен сильные шансы на президентских выборах во Франции в следующем году, а ультраправая "Альтернатива для Германии" лидирует в опросах в ФРГ.
Мелони критикуют за то, что она выбрала для себя обращение "il presidente" в мужском роде. Премьер отвечает, что феминистки сражались "не в тех битвах" – в том числе за гендерные квоты. "Меня интересует, свободна ли я стать председателем Совета министров. Вот это равенство, а не то, чтобы меня называли la presidenta", – сказала она.
Ее знаменитая фраза звучит так: "Я Джорджа, я женщина, я мать, я итальянка, я христианка. Они не могут это у меня отнять! Они это у меня не отнимут!" На вопрос, почему это так задело людей, Мелони ответила: "Потому что это задело струну, которую чувствовали миллионы. Ощущение угрозы твоей самой подлинной, базовой идентичности. Оно дало простой лозунг эмоциональному бунту". Считает ли она себя феминисткой, премьер отвечать не стала.
Больше всего Мелони разозлила критика левых по экономике. Она перечислила параметры – занятость, инфляцию, нелегальные высадки мигрантов, расходы на здравоохранение, спред на рынках. "Скажите мне, разве они не лучше!" По наблюдению Коэна, эти показатели действительно двигались в положительном направлении, хотя порой лишь незначительно. "Но возможно, – добавила она со своим фирменным сарказмом, – что я ничего не сделала!"
Именно в этом ее и обвиняют. Лидер левоцентристской Демократической партии Элли Шляйн называет работу правительства "упущенной исторической возможностью" и указывает на рост экономики всего на 0,5%, резкое падение реальных зарплат, одни из самых высоких в Европе счетов за энергию и обескровленные государственные больницы. Кто прав, итальянцы решат на выборах в следующем году.
Ранее "Хвиля" рассказывала, как Трамп публично унизил Мелони в интервью итальянскому изданию. Также мы писали о парадоксе Мелони, которая из противницы санкций превратилась в опору Украины в Европе.
