На Всемирном экономическом форуме в Давосе 22–23 января 2026 года президент Украины Владимир Зеленский выступил с рядом критических заявлений относительно позиции европейских стран в сфере безопасности и поддержки Украины. Он подчеркнул, что европейские лидеры слишком полагаются на Соединенные Штаты и НАТО, вместо того чтобы развивать собственные оборонные возможности, а также выразил сомнение в эффективности символических шагов, в частности незначительного военного присутствия в стратегических регионах. Он упомянул о 40 европейских солдатах в Гренландии как о примере недостаточной решимости и силы Европы в условиях глобальных вызовов. Подобная риторика Киева вызвала неоднозначную реакцию среди экспертов, которые видят в этом риск охлаждения отношений с теми, кто финансирует обороноспособность Украины.
Интернет-издание From-UA попросило прокомментировать эти заявления политтехнолога, директора Агентства моделирования ситуаций Виталия Балу, задав вопрос о причинах такой обиды президента на европейцев и возможном изменении фокуса интересов:
— Во-первых, это говорит о неадекватности тех, кто там ему советует и пишет тексты, потому что такая внешняя политика — а я об этом уже говорю постоянно — таких публичных требований, оскорблений и заявлений ни к чему хорошему не привела. Если вы заметили, у нас ситуация становится все хуже и хуже с нашими партнерами. В частности, когда только пришел Трамп, я тогда сразу написал и сказал, что Трамп не будет нянчиться с Зеленским, как Байден, и не будет закрывать на все глаза. Мы увидели, чем это все закончилось в Овальном кабинете.
Поэтому это абсолютно неправильная, ошибочная политика, которую проводит Зеленский. Это и политикой на самом деле назвать нельзя, это просто шоу и пиар. Здесь, в Украине, «бесплатно» разгоняют, что он «супер-пупер молодец», такое «супер выступление» и так далее, но на самом деле это вредит только Украине, по моему мнению.
Первое — Европа нам ничего не должна, мы ей ничего не одалживали. Оружие, о котором он якобы договаривался (в частности ПВО) на встрече с Трампом, все равно будет покупаться на деньги Европы, а не американцы нам это просто так отдадут. Поэтому такие заявления о «слабости» или «не слабости», с моей точки зрения, трудно даже классифицировать. Как можно вредить своей стране такими заявлениями по отношению к тем нашим партнерам, которые нам реально помогают? Они нам и деньги дают, и оружие дают, и покупают для нас американское оружие.
Что здесь, с моей точки зрения, может быть на самом деле? Где, как говорится, «собака порылась»? Я не исключаю того варианта, что Зеленский с Трампом якобы согласовали ситуацию по украинским территориям. Недаром там говорили о выборах вместе с референдумом — все на это указывает. И у меня есть подозрение, что европейцы выступили против этого, потому что это серьезно тогда влияет и на Европу в частности.
Что касается Гренландии, о которой он упоминал: когда Трамп заявил, что якобы достиг некоего рамочного соглашения с Рютте (он об этом сказал в среду), то уже в четверг премьер-министр Дании Фредериксен подчеркнула, что это Дания решает свои вопросы, и любые переговоры должны уважать именно территориальную целостность Дании. И в этом контексте, мне так кажется, это и могло стать причиной того, что он обиделся на Европу. Но он обиделся на Европу, наверное, еще и потому, что с ним уже не общаются так, как раньше. Ему уже так не верят, особенно на фоне коррупционных скандалов.
Возможно, такими заявлениями они и решили как раз «перебить» эту ситуацию. Это на самом деле выглядело, мягко говоря, странно. Для нас это беда, что он и дальше продолжает свою политику требований, заявлений на публику и продолжает играть на публику. Но все же надеюсь, что европейские лидеры это понимают. У них, кстати, из-за помощи Украине есть проблемы внутри своих стран, потому что их оппоненты постоянно наращивают поддержку, говоря об ухудшении ситуации из-за помощи Украине. И на фоне этого делать такие заявления — это фактически предательство наших партнеров.
— Вы сказали, что Европа нам ничего не должна, но, с другой стороны, нам часто говорят, что мы защищаем этот фронт, чтобы Россия не пошла дальше.
— Давайте будем реалистами. Никто не знает, пойдет ли Россия дальше. Все это началось с того, что правительства других стран, когда начали оказывать помощь и столкнулись с серьезными внутренними проблемами, должны были как-то объяснить это своим гражданам и избирателям. Они как раз и запустили это объяснение: мол, Украина защищает Европу от России, поэтому мы даем деньги. Это на самом деле было причиной, почему появился этот тезис.
Насколько это соответствует действительности, мы бы узнали только тогда, если бы у России была реальная возможность пойти на Европу — то есть это чисто гипотетический вопрос. Хотя исключать такой вариант теоретически нельзя. Но почему-то Зеленский и еще некоторые люди у нас внутри страны сами в это поверили и теперь говорят: «Мы защищаем Европу».
На самом деле мы защищаем себя, а не Европу. А вот для того, чтобы Европа нам помогала, мы и транслируем этот месседж, чтобы у них в Европе не было политических проблем. Это работает, и это правильно, это нужно говорить. Возможно, это так и есть, но опять же — это не та ситуация, которая позволяет вести себя подобным образом.
