Будущие противники США должны быть обеспокоены ракетными залпами, которые могут обрушиться, как ливень, не только с американских кораблей и боевых самолетов, но и с базирующихся на земле бомбардировщиков. Такого рода возможности должны оказать сильное влияние на принимающих решения политиков в столицах от Москвы до Пекина и Тегерана.
Стало ясно, что Военно-воздушные силы США сегодня считают себя инструментом морской силы. За этой метаморфозой с удовольствием наблюдают все энтузиасты морского флота, склоняющиеся в сторону Запада. В последние годы «боевые птицы» наземного базирования совершенствовали навыки по уничтожению находящихся в море кораблей, учились атаковать укрепленные пункты на островах, а что касается бомбардировочного флота, то его возможности по точной постановке мин увеличились в два раза. Вот некоторые данные, подтверждающие указанную тенденцию: 29 мая два бомбардировщика B-1B «Лансер» (Lancer, B-One) провели смелую демонстрацию военно-воздушной мощи Соединенных Штатов и их союзников в районе Черного моря. Истребители Украины, Польши и Румынии сопровождали американские бомбардировщики на различных участках их сверхдальнего маршрута, — он начался в Дакоте, затем было пересечение Атлантического океана, проникновение в глубину Евразии и возвращение назад.
Официальный представитель Европейского командования Военно-воздушных сил США (USAFE) после завершения операции сообщил, что бомбардировщики B-1B имитировали атаку на российский Черноморский флот с помощью противокорабельных ракет большой дальности AGM-158C, которые недавно пополнили американские арсеналы, предназначенный для ведения боевых действий в морских акваториях. Эти ракеты большой дальности и большой мощности восстановили морской арсенал после трех десятилетий пренебрежительного к нему отношения в период после окончания холодной войны. Это смертоносные «птицы» могут поражать цели на расстоянии в 8 тысяч километров или 5 тысяч миль (возможно, даже на большем расстоянии; вооруженные силы, как правило, занижают данные, предназначенные для открытой публикации).
Читайте также: Яременко: Дорога в НАТО не буде короткою і простою, але темп і курс ми обрали правильний
Но не только стартующие с наземных баз бомбардировщики B-1B способны применять противокорабельные ракеты большой дальности, но и базирующиеся на авианосцах истребители Военно-морских сил США F/A-18E/F «Супер-шершень» (Super Hornet). Весьма вероятно, что в ближайшие годы надводные корабли и наземная артиллерия тоже будут ими оснащаться.
Официальный представитель Европейского командования Военно-воздушных сил США похвалил операцию в Черном море за добавление «потенциала сдерживания не только для Соединенных Штатов, но и для наших союзников и партнеров». Это означает, что будущие противники должны быть обеспокоены ракетными залпами, которые могут обрушиться, как ливень, не только с американских кораблей и боевых самолетов, но и с базирующихся на земле бомбардировщиков. «Такого рода возможности», подчеркивается в конце пресс-релиза, должны «оказать сильное влияние» на принимающих решения политиков в столицах от Москвы до Пекина и Тегерана.
Это серьезное заявление, даже более серьезное, чем это может осознать Европейское командование Военно-воздушных сил США. В конечном итоге сдерживание предполагает применение разнообразных средств, включая решимость Америки использовать имеющиеся возможности тогда, когда она говорит, что будет их использовать, а также уверенность противника в возможности Америки и ее решимости их использовать. Это умножение, а не сложение. Если один из названных компонентов равняется нулю, то нулевое значение получает и само сдерживание. Это формула Генри Киссинджера. По словам представителей Европейского командования Военно-воздушных сил США, бомбардировщики с ракетами большой дальности на борту, сопровождаемые истребителями, увеличивают боевые возможности Соединенных Штатов в морских регионах, в том числе по всему периметру России. Весьма важный вопрос состоит в том, повышает ли наращивание потенциала войны в воздухе решимость командования американских войск использовать этот потенциал в боевых действиях. А самое важное в том, верит ли Москва в сочетание возможностей Америки и наличие у нее силы воли.
Читайте также: Новий статус України в НАТО: що він означає?
Если тренировочные полеты бомбардировщиков заставят защитников Владимира Путина понервничать, то Кремль два раза подумает, прежде чем предпринять действия, которые Вашингтон хочет предотвратить, — развязывание войны или другие враждебные акции, направленные против союзников Соединенных Штатов в Черноморском бассейне. Путин должен знать, что любой удар вызовет сокрушительный ответный удар.
Давайте перечислим по порядку указанные составляющие сдерживания. Предположим, что противокорабельные ракеты большой дальности соответствуют своим характеристикам относительно радиуса действия, высокой точности, малозаметности; предположим, что они могут обходить вражеские системы обороны и наносить мощные удары с большой дистанции. По имеющимся данным, бомбардировщик B-1B может взять на борт 24 ракеты. Два таких бомбардировщика могут нанести весьма серьезный удар по враждебному флоту — особенно в том случае, если летчики неожиданно нанесут ракетный удар по кораблям на якорной стоянке. В конечном счете, стоящий у причала корабль может восприниматься как здание, и почти так же корабль, стоящий на якоре. Неподвижный объект — легкая добыча для высокоточного оружия. Пока навыки летчиков Европейского командования Военно-воздушных сил США не давали повода в них усомниться.
Но давайте еще поразмышляем. Одно дело нанести один мощный удар. Но могут ли, в случае необходимости, бомбардировщики Военно-воздушных сил США провести операцию в акватории Черного моря, если будут взлетать в Южной Дакоте или в каком-либо другом месте Северной Америки — с учетом дистанции, полетного времени и возможности встречи на маршруте движения с вражескими перехватчиками? Стратегический гуру Джозеф Уайли (J. C. Wylie) настроен скептически. Уайли считает воздушные силы кумулятивным элементом боевых действий. При подготовке проведения воздушных налетов на карте намечаются все возможные цели. Тактические операции, как правило, не требуют повторения — ни во времени, ни в пространстве. Посмотрите на любую карту объединенных бомбовых ударов против нацистской Германии, и вы увидите эффект «расплескивания краски», характерный для кумулятивных операций.
Читайте также: Йенс Столтенберг: Русские ракеты могут поразить любую цель в Европе – Die Welt
А что же можно сказать по поводу вывода Уайли? Авиация способна с течением времени нанести серьезный ущерб противнику, как это было сделано в ходе налетов на объекты немецкой промышленности и на наземные силы. Это было сделано за счет ослабления сил противника с помощью постепенных атак, каждая из которых не имеет решающего значения, но, взятые вместе и проведенные безжалостно против правильно отобранных объектов, они дают потрясающий стратегический эффект. Такая смелая операция, как выполненный в прошлом месяце полет бомбардировщиков B-1B, не может решить исход конфликта за полдня, если только одно формирование боевых самолетов не нанесёт очень серьезный ущерб, — достаточный для того, чтобы вывести врага из строя или убедить его руководство в том, что оно не сможет одержать победу за приемлемую цену. В таком случае вражеское руководство в результате подобной бешеной атаки покоряется, потому что вынуждено это сделать или решает так сделать.
Сброс бомбардировщиками B-29 атомных бомб на Хиросиму и Нагасаки в 1945 году приближается к подобного рода идеалу, имеющему исключительно важное значение. Но можно ли один залп противокорабельных ракет большой дальности сопоставить с огневой мощью оружия судного дня?
Трудно сказать, и есть основание для сомнений. В любом случае ясно одно. Вылет с удаленных аэродромов рассеивает ударную силу боевой авиации во времени, поскольку сначала самолеты поднимаются в воздух, затем наносят бомбовый или ракетный удар, после чего возвращаются домой. Другими словами, рассеивание во времени ослабляет боевую мощь в зоне проведения операции в каждый конкретный момент. Судя по всему, в таком случае командование военно-воздушных сил США предусматривает проведение операций, которые сконцентрированы в пространстве для нанесения мощных ударов по отдельным целям. Но могут ли они повторить сконцентрированные удары против отдельных объектов? Это вопрос, ответ на который должны дать специалисты по тактике.
Медленные, по капле, военные действия обладают меньшим физическим и психологическим воздействием, чем мощный огневой вал.
Читайте также: Животворящие боеголовки W76-2 начали оказывать свое психологическое воздействие на вождей "Русского мира", – Пионтковский
Второй вопрос — решимость. Решимость связана с восприятием возможностей. Высокопоставленные командиры и их политические советники с большим желанием применяют то оружие, которое, по их мнению, имеет лучшие шансы на достижение желаемого результата, чем то, которое может оказаться неэффективным. Честная оценка комбинации бомбардировщиков B-1B и противокорабельных ракет большой дальности вкупе с военными играми и другими средствами испытания оборудования, а также тактика и стратегия, — все это имеет решающее значение для формирования уверенности у принимающих решения политиков, определяющих то, какие операции должны провести Военно-воздушные силы США и связанные с ними совместные формирования.
По всей вероятности, совместные операции с участием союзников, в которых примут участие не только базирующиеся на территории Соединенных Штатов бомбардировщики, но также военно-воздушные и военно-морские силы, находящиеся вблизи театра боевых действий, вызовут больше уверенности и укрепит силу воли тех, кто отдает приказы. Если использовать термины Уайли, в ходе подобных операций должны наноситься многократные и концентрированные удары с воздуха, сокращая паузы между ними. Объединенные силы должны приближаться к тому идеалу, который предусматривает концентрацию усилий в пространстве и времени для достижения максимального стратегического преимущества.
Имеющиеся возможности и готовность их использовать являются составными частями силы. Если усиливать каждое из них, то происходит проецирование имиджа неустрашимой силы.
И, наконец, степень уверенности. Враждебные лидеры, а не вы, решают вопрос о том, внушает ли доверие проецируемый вами имидж сдерживания. Для сдерживания, даже для самого силового, решительно настроенные военные должны убедить противников в том, что обладают достаточной силой и достаточной решимостью. Другими словами, они должны убедить противника в том, что способны реализовать меры сдерживания и сделают это. Если Москва считает, что Черноморский флот может перенести американскую воздушную атаку — особенно атаку с короткими интервалами или разовую атаку в духе проведенных в прошлом месяце учений, — то тогда сдерживание может не подействовать на руководство этой страны.
Читайте также: Українську ракетну програму блокує "рука Кремля": ЗМІ провели розслідування. ВІДЕО
Это реальная возможность. Российские лидеры считают, что Черное море является их «ближнем зарубежьем», они считают его «своим полем». И вооруженные силы России обладают значительными преимуществами в этом регионе. Самолеты наземного базирования и ракеты представляют угрозу для приближающихся союзнических самолетов и надводных сил, и таких возможностей у противника немало. Россия превосходит соседей в военном отношении. Турция, тоже сосед и возможный соперник, является членом НАТО, однако она отдалилась от своих союзников и поддерживает дружеские отношения с Москвой.
Короче говоря, российское руководство должно считать стратегическое окружение на своих южных рубежах в целом благоприятным. Потребуется нечто большее, чем одиночный полет бомбардировщиков, стартующих с дальнего расстояния,- каким бы впечатляющим он ни был, — чтобы поколебать самоуверенность Москвы.
Сдерживание в большей мере требует согласованных действий, а не отдельных жестов.
Підписуйся на сторінки UAINFO у Facebook, Twitter і YouTube
